Тема партнерства начинается с контакта с собой. А чем дальше в лес тем чаще партизаны.. Вот вам сказочка на ночь «Внукр или никогда не оправдывайся»
Жила была драконица Люся в сумрачном лесу. Лес этот был не простой, а внутренний. Как если бы она могла вывернуться наизнанку и обрости мхами, лишайниками, деревьями и травами. И болота там были и пустоши и места, где не ступала ни разу ничья нога. Там были пучины бессознательного, откуда можно было не возвратиться. И стоило привязывать себя к ближайшему дереву веревкой. Ну, в пучины мы сегодня не полезем, не время еще. А начнем, пожалуй, с болот.
Так вот, иногда были такие дни, когда Люсю выворачивало наизнанку. Не то, чтобы тошнило, со здоровьем физическо-драконьим у нее было все в целом норм, только временами надхвостье ломило, да череп трещал. Но тут другое вывернулось – уныние и тягостность, как едкий туман из того изнаночного болота выползли и накрыли клоками. Тут еще и 6 ретроградных планет подсуропили – само пространство наизнанку вывернулось. Не то, что драконица Люся.
И из того болота ядовитого, с изнанки Люсиной психики, выполз внукр. Был он зубаст, когтист и вонюч, а еще всегда всем недоволен. Жил он все время внутри того болота и любимым делом его было критиковать и ядом плеваться. Что ни сделает Люся, все ему не так.
А еще любил он грызть сердцевину Люсину, которая называлась затейливым словом «идентичность». Нежная она была, ранимая, розовато-золотистая, вздрагивала, как медузик, вздыхала порывисто. И самооценку внукр тоже подтравливал, так что кривела они и расползалась. Поэтому и тошно было Люсе, грусть печаль ее одолевала и лапки опускались.
Чуть приляжет Люся на бочек отдохнуть, внукр сразу пилит – ленивая ты, что разлеглась-то, иди сделай что-нибудь. Чуть опоздает куда, он тут как тут, шипит – безответственнаааяя, подвелааа людей, негодницааа! Драконица Люся была сугубо иррациональным существом и все планы, которые она по пунктам себе старательно записывала, что сделать нужно – все время ускользали, выворачивались и никогда все на 100% не выполнялись. Тут внукр просто на визг срывался и пугал страшным всяким и обзывал обидными словами частично-непонятными – прокрастинаторшей, шапкозакидательницей, неудачницей, тупицей. Скрипел, что такие, как она – недостойные, успеха не достигнут и помрут голодными с плешивой шкурой.
Люся старалась, как могла, но этого всегда было недостаточно внукру. Он находил, к чему прицепиться. И тогда Люся чувствовала себя виноватой. Сердцевина ее тускнела, сжималась. А самооценка становилась кривой, выпадала из лап и даже иногда пробивала пол. Кроты приходили жаловаться.
Еще Люся пробовала оправдываться. Приводила доводы, причины, аргументы, обещания. Отмахивалась от внукра, уши затыкала, чтоб не слышать его скрипучего голоса. Но причины и доводы его не убеждали и всегда находились контраргументы. Он скрежетал – жизни ты не знаешь, нет у тебя опыта моего, говорил я тебе, неразумной чашуйчатой. И когда виноватой себя чувствовала драконица Люся, то начинала на себя злиться. Даже иногда самобичеванием занималась, ругала себя пуще внукра, соглашалась с ним.
Но заметила, что не помогает это. Ни оправдания, ни злость на себя, ни наказания себя. А становится только хуже. Уже не только внукр видит ее не такой, а и все вокруг. Или кажется ей это, глючится. Ядовитый туман из болота вины сознание туманит. И подумала Люся драконица – что сказал бы мой ангел-драконитель Ра, если б увидел весь этот разброд и шатание?
И как будто тут же голос внутри нее загырчал – Никогда не сдавайся! Нет нужды оправдываться. Ты такая, какая есть. Не лень это, а потребность в отдыхе. У каждого свой ритм. Опоздала, так что же? Ошиблась, не рассчитала время, со всеми бывает. Ты же знаешь, что чаще всего внукр тебя больше за это грызет, чем другие. Время есть всегда, если так сложилось, то значит это и есть вовремя. Не тебе его ход контролировать.
А с делами – смотри, тут и польза есть. Что ты сделала – молодец тогда. Что не сделала, переносится, не лежат лапы делать, то может это и не нужно? Может это тараканы из мозговых извилин нашептали, запутали. Слушай только ту часть тебя, что поддерживает и нахваливает. И потом, ты же больше него, внукр сморчок совсем плесневеленький. Я пойду, пообщаюсь с ним, с внукром этим на нашем языке внутреннем. Может он и не такой уж ядовитый и сам чего-то боится. Так сказал ангел-драконетель Ра.
Успокоилась Люся немножечко, виноватить себя перестала. Обняла сердцевину свою, самооценку достала, отряхнула и до блеска натерла. А тут и изнанка вернулась на свое место, полегчало чуток, развиднелось все.
Ой, подумала Люся внезапно. Получается, что внукр внутри меня, потом я. А я внутри ангела-драконителя Ра. Мы выходит, как матрешки-дракошки. ЧуднО, фрактальнО..
Ну, теперь мораль:
— Чувство вины и внукр – ядовиты и не приносят никакой пользы. А только отнимают свободу и силы. Никто не идеален. Со мной уже сейчас все ок.
— Не стоит оправдываться, это не помогает. Внукр, а это внутренний критик, кусает на уровне «я есть», моих качеств (хорошая, умная, красивая, успешная, интересная,…). А когда мы оправдываемся, мы говорим ему о том, что мы сделали (перемыли всю посуду, сдали экзамен, сделали макияж, выступили с лекцией, сходили на выставку) Это уровень действий. Нестыковочка. Никто не идеален. Со мной уже сейчас все ок.
— Обращайте внимание на то, что уже есть, чего достаточно, что уже хорошо и радует. А что не смогла, то не смогла. В прошлое вернуться и улучшить все равно нельзя. Можно извлечь полезный урок. Стоит учиться быть довольной. Никто не идеален. Со мной уже сейчас все ок.
— Иногда на внукра можно пощетиниться и позлиться, побыть свирепой. А как сил наберешься, то уж осознанной стать опять. Никто не идеален. Со мной уже сейчас все ок.
Ну вот, я поныла вам. И вы тоже можете тут поныть про то, за что вас особенно грызет ваш внукр, я поддержу. Устроим сеанс коллективной магии с разоблачением. Когда выговариваешь что-то, то легче становится.
И себя можно тут же похвалить. И другие люди слова добрые напишут. Может так, коллективными усилиями их и одолеем.
Можем даже флэшмоб организовать #невиноватая_я
Как вам идея?
