В одном лесу было такое место, где жили ежи. Было их много, жили они кучно и в другие места не ходили, т.к. были все время заняты делом. В древние времена кто-то из праежей построил огромное колесо, которое надо было вращать и день и ночь. Потому что так заведено. И терпение и труд все перетрут.
Были ежи суровы, колючи, угрюмы и деловиты. Каждый пыхтел изо всех сил, вращая колесо. И называлось оно колесо выживания. И верили ежи, что только тяжелым трудом можно уберечь себя от опасностей темного леса и пинков судьбы.
И вот как-то раз в одной ежиной семье родилась ёжичка. И была она странненькая – иголок почти не было, так гребешок по хребтинке, а остальное – шёрстка. Хвост какой-то длинный несуразно. Да две непонятные штуковины на спинке.
Воспитывали этого гадкого ежонка, как могли – шерсть укрепляли да околючивали, хвост подвязали, чтоб не торчал. Странные отростки на спине к тельцу пригнули. Эта недоёжица ещё иногда огнем пыхала. И это очень пугало почтенных, скромных ежей.
Прописали ей лечение – держать в ежовых рукавицах, ежедневно по несколько часов. Сначала родичи держали, а потом и сама недоёжица научилась. Хоть и колко и больно было, но что поделаешь.. Традиции. И так косо смотрят все, как ни старайся соответствовать, все не вполне она ёж.
И мечтательность в ней была не ежиная совсем, а тоже странная, нездешняя. Желания всякие, летать хотелось ей, глупенькой. На все эти желания у ежей были заготовлены традиционные ответы. Много хочешь, мало получишь. На хотенье есть терпенье. Хотеть не вредно, а не положено.
А на странные желания о полетах самые мудрые из ежей морщили свои мордочки и назидательно шамкали:
— Ёж птица гордая, пока не пнешь, не полетит. А нам пинки судьбы не надобны. Мы тут делом заняты – колесо выживания вращаем все вместе. И ты, деточка, только этого должна хотеть, а больше ничего.
У них вообще слово «должен» любимым было. Еще было такое – «не могу, так сделай через немогу». А про «хочу» совсем уж редко вспоминали, неприлично было. Позор и безобразие.
И вот наша ёжица выросла и стала почти нормальным ежом. Стала тоже вращать колесо выживания вместе со всеми. Только не очень хорошо это у нее получалось. Лапки уставали, колючки поникали и глазик дергался. Слабачка я какая-то – грустно думала ёжица – надо лучше стараться. И опять я странного хочу – доброжелательности и помощи. А на колесе ведь совсем правила другие — ёж ежу ёж, а не тряпка какая-нибудь.
И стали еще странные сны сниться ёжице – как будто она летает и вместе с нею еще какие-то странные существа, на нее вроде похожие. И зовутся они драконами. И совсем по-другому у них все – свободнее, легче и радужней.
И вот как-то раз так ухайдокалась ёжица в колесе выживания брести, что заснула прямо там и свалилась с него. А там правило было у ежей строгое – или ты с нами или выпал. Никто лапку не подаст. Самим и так всем тяжело.
Повалялась ёжица, отчахла немножко да побрела в темный лес куда глаза глядят. Шла, шла и стали вдруг у нее иголки в шерсть превращаться, мягчать, хвост встопырился и странные отростки на спине шевелиться начали. Она еще не знала, что это крылышки и изумилась сильно, не поверила. Ее же учили, как быть правильной ёжицей, а про крылья никто не рассказывал. Стала она опять иглы себе укреплять, хвост подворачивать и крылья прижимать к тельцу. Все искала колеса выживания в других местах. Но как ни влезет на них, все выпадает опять.
Долго ли коротко ли, пришла она на берег озера в далеком краю. Посмотрела на себя и видит, что отражаются в воде облака радужные и кто-то незнакомый, похожий на тех существ из ее снов, драконов. Удивилась и дальше пошла.
Тут подул сильный ветер и поднял ее в воздух. От испуга замахала она своими крылышками, хвост расправила. Летит и боится упасть, непривычно ей. И ежам же летать не положено. И запуталась, растерялась вся:
— Кто же я? То ли недоёжица, то ли недодраконица. Я привыкла ёжицей быть и вращать колесо выживания. А теперь все неясно мне. Где я? Как в этом месте все устроено? Как желать тут положено?
Утомилась совсем – то летает то ползает, то драконица то ёжица. И вроде колючек уже след простыл, а чувство, что они есть. И что-то в шкуре свербит и чешется, как будто линяет она. Так и бродила неприкаянно и боялась к драконам приблизиться. А они там водились в округе, пролетали над ней в вышине. Помнила старое правило – ёж ежу ёж. Опасалась пинков судьбы.
